«Российских цыплят» будем считать по осени

В последние неделю апреля мы насчитали 7 упоминаний в СМИ и по ТВ нашей цитаты из нашей октябрьской первой статьи о кризисе.

Звучала она так: «в результате кризиса крупные и средние частные компании придут к пониманию простой истины: им надо либо продаваться иностранцам, либо входить в долю с государством на федеральном или региональном уровнях, либо вливаться в состав многопрофильных, диверсифицированных и тем самым защищенных холдингов, либо искать иной путь». Это дословно. Поскольку цитату пытаются интерпретировать как наше предсказание будущей консолидации, которой до сих пор не произошло. Во-первых, мы делали прогноз не на первые полгода кризисного периода (нам в эпоху «скромного капитализма» еще жить и жить), а на 2009−2010 г.г. Сегодня еще не произошли многие из социально— экономических событий, которые должны произойти в мире и России, тем самым предопределить последующие события и на алкогольном рынке. И не обязательно все они трагичны. Но, например, что-то будет коренным образом меняться в нашей банковской системе и т.д.

А во-вторых, мы-то как раз никогда не считали и не считаем консолидацию алкогольного рынка большим благом для него. И цитата в общем-то не столько о консолидации, сколько о поиске путей выживания и вероятной смене собственников в условиях отсутствия доступа к дешевым кредитам. Что-то получилось у «Синергии» до кризиса (все 7 заводов увеличили свое производство в группе после ее создания; что будет дальше – пока сказать трудно); сохранилась как группа заводов компания «Русский алкоголь» (3 завода); сохранилась группа «МВЗ» (4 производства в России). Кому сегодня нужна эта консолидация? Раньше была «светлая» цель: консолидироваться, укрупниться; выйти на IPO; продать часть бизнеса и курить бамбук. А теперь так не пойдет.

Сегодня российские компании скромно умалчивают – как упали в цене их активы. Вот свежий пример прибалтийских алкогольных компаний: акции литовской компании Stumbras (старейший в стране производитель алкогольной продукции) – упали в 2 раза; рыночная стоимость производящей алкоголь компании Alita снизилась за последний год более чем в 10 раз — с 166 млн. литов до 16 млн. литов. И т.д.

Мы-то как раз не считаем, что 10 компаний должны владеть 70% рынка водки и ЛВИ, или коньяка, или вина. Это считают так только сами крупные компании. Эту философию принесли в Россию украинские водочные компании. Там это произошло в 2003 – 2004 г.г. Правительство поддержало лидеров рынка, но у них была ситуация гораздо хуже нашей докризисной. У них в 2003 г. 65% составлял нелегальный рынок водки, а 35% легальный. В результате объемы поменялись местами. Хотя лидеры рынка говорили о снижении нелегального рынка до 20%. Но если бы было 20%, то рынок легальной водки не рос бы так шустро после введения минимальной цены в ноябре 2008 г.

Консолидация заводов в руках компаний как самоцель не решает ни одну из проблем алкогольного рынка. Это нужно не рынку, а самим компаниям. Это благо для них. Особенно в период, когда водку из чужих регионов все равно регионы «минимизируют» и «оптимизируют» на своих внутренних рынках. Мощный региональный сепаратизм мог бы стать дополнительным толчком для покупки региональных заводов федеральными компаниями, но денег –то у них нет на это.

Возвращаемся к цитате. Не видно пока иностранных компаний, которым интересны российские алкогольные производства. Даже «Бельведер» отказалась от покупки Калужского «Кристалла» (и не потому, что завод чем-то плох). Ситуация в российском алкоголе – тупиковая. А после заседания Правительства 23 апреля – еще более тупиковая. Иностранцам бы сегодня не в водку российскую деньги вкладывать, а в российское виноградарство и виноделие. А водочников ни консолидировать некому, ни продаться им сегодня некому. Это то, что касается продажи иностранцам.

По поводу вхождения в долю с государством на федеральном или региональном уровнях: полтика государства в алкоголе непонятна и непрозрачна до сих пор. Федеральный уровень, видимо, отметается. Если государство руками «ВТБ» разбазарит лучшие производственные активы «Росспиртпрома», то на федеральном уровне с государством консолидироваться бесполезно. Хотя есть у нас на федеральном уровне еще Госкорпорация «Ростехнологии» (но и ей сегодня не до алкоголя). Остается— региональный уровень. Но это путь к усилению неизбежного регионального сепаратизма в эпоху «скромного капитализма». Наиболее в этом плане вероятен именно этот вариант для части компаний.

По поводу «вливаться в состав многопрофильных, диверсифицированных и тем самым защищенных холдингов» — а у нас сегодня таких очень мало (если не сказать еще точнее). И сегодня эти активы им просто не нужны. Но дождемся конца года, когда ситуация на ряде заводов сложится таким образом: просто отдаться кому-то или закрыть производство.

По поводу – «либо искать иной путь». Самое широкое понятие. Это попытка выжить в одиночку.

Просто время еще не пришло для реализации прогноза, заложенного в цитате. Мы же двужильны; мы привыкли к экстремальным ситуациям. Нас к ним государство приучило. Начинается процесс минимизации жизненных процессов. Максимальная неопределенность сохраняется. Великая фраза Ю. Семенова, вложенная в уста Мюллера (сейчас как раз «17 мгновений весны» идут в цвете): «Трудно понять логику непрофессионалов». Нами управляют непрофессионалы. Поэтому задержки во времени возможны. В октябре в программе «Фокус» мы объявили об ожидании падения производства алкоголя в первые полгода процесса кризиса на 17%−19% (оптимисты дали 15%), упало на 20% в среднем. Но падение уровня жизни населения вызовет к концу 2009 г. падение легального производства на 25% относительно нормального периода развития в докризисном периоде 2008 г. Не исключено, что падение будет еще ниже. И вот тогда усилятся все процессы, заложенные в цитате.